Category: история

Category was added automatically. Read all entries about "история".

(no subject)

В январе 1919 г. Святейший Патриарх Тихон благословил Верховного Правителя России адмирала А.В. Колчака на борьбу с богоборцами-большевиками. Ранее Патриарх Тихон отказал в благословении командованию "демократической" Добровольческой армии Юга России, организованной генераламиАлексеевым и Корниловым, участниками отрешения от престола и последующего ареста Государя Николая II. Адмирал Колчак был непричастен к этим трагическим событиям, да по отношению к Антанте вел иную политику.

pamiat

Именно поэтому в начале января 1919 г. (перейдя линию фронта) к адмиралу Колчаку приехал священник, посланный Патриархом Тихоном. Личный адъютант Верховного Правителя России А.В.Колчака – ротмистр В.В.Князев в книге "Жизнь за всех и смерть за всех" (Джорданвилль, 1971) описал, как священник привез адмиралу личное письмо Патриарха с благословением и фотографию образа Св. Николая Чудотворца с Никольских ворот Московского Кремля, которые были зашиты в подкладке крестьянской свитки.

ПОСЛАНИЕ ПАТРИАРХА ТИХОНА К АДМИРАЛУ КОЛЧАКУ

«Как хорошо известно всем русским и, конечно, Вашему Высокопревосходительству, перед этим чтимым всей Россией Образом ежегодно 6 декабря в день зимнего Николы возносилось моление, которое оканчивалось общенародным пением "Спаси Господи люди Твоя" всеми молящимися на коленях. И вот 6 декабря 1918 г. верный Вере и традиции народ Москвы по окончании молебна ставши на колени запел: "Спаси Господи!". Прибывшие войска разогнали молящихся, стреляя по Образу из винтовок и орудий. Святитель на этой иконе Кремлевской стены был изображен с крестом в левой руке и мечом в правой. Пули изуверов ложились кругом Святителя, нигде не коснувшись Угодника Божия. Снарядами же, вернее, осколками от разрывов, была отбита штукатурка с левой стороны Чудотворца, что и уничтожило на Иконе почти всю левую сторону Святителя с рукой, в которой был крест.

В тот же день по распоряжению властей антихриста, эта Святая Икона была завешена большим красным флагом с сатанинской эмблемой. На стене Кремля была сделана надпись: "Смерть вере – опиуму народа". На следующий день, 7-го декабря 1918 г., собралось множество народу на молебен, который никем не нарушаемый подходил к концу! Но, когда народ, ставши на колени, начал петь "Спаси Господи!" – флаг спал с Образа Чудотворца. Атмосфера молитвенного экстаза не поддается описанию! Это надо было видеть, и кто это видел, он помнит и чувствует сегодня. Пение, рыдания, вскрики и поднятые вверх руки, стрельба из винтовок, много раненых, были убитые, и место было очищено.

На следующее раннее утро по Благословению моему Образ был сфотографирован очень хорошим фотографом. Совершенное Чудо показал Господь через Его Угодника Русскому народу в Москве. Посылаю фотографическую копию этого Чудотворного Образа, как Мое Вам, Ваше Высокопревосходительство, Александр Васильевич – Благословение – на борьбу с атеистической временной властью над страдающим народом Руси. Прошу Вас, усмотрите, досточтимый Александр Васильевич, что большевикам удалось отбить левую руку Угодника с крестом, что и являет собой как бы показателем временного попрания Веры Православной. Но карающий меч в правой руке Чудотворца остался в помощь и Благословение Вашему Высокопревосходительству, и Вашей христианской борьбе по спасению Православной Церкви и России».

Адмирал Колчак, прочитав письмо Патриарха, сказал: «Я знаю, что есть меч государства, ланцет хирурга. Я чувствую, что самый сильный: меч духовный, который и будет непобедимой силой в крестовом походе – против чудовища насилия!».

лог. Колчак

Верховного правителя поддержало большинство епископов Сибири и Урала, в том числе архиепископы Сильвестр Омский, Андрей Уфимский, Мефодий Оренбургский (в эмиграции – Харбинский) и Нестор Камчатский. По инициативе сибирских епископов в Уфе было создано Временное Высшее Церковное Управление, которое возглавил архиепископ Омский Сильвестр. В апреле 1919 г. Омский Собор Духовенства Сибири единогласно утвердил адмирала Колчака временным главой Православной Церкви на освобожденных от большевиков Сибирских территориях – до времени освобождения Москвы, когда Святейший Патриарх Тихон сможет (не стесняемый богоборцами) полноценно приступить к своим обязанностям. При этом Омский Собор постановил поминать на ектеньях благоверного верховного правителя Александра во время официальных церковных богослужений.

Адмирал Колчак фактически объявил крестовый поход против богоборцев.У него собралось более 3,5 тысяч православных священнослужителей, в том числе 1,5 тысячи военного духовенства (в их числе будущий эмигрант – епископ РПЦЗ Иона Ханькоусский, прославившийся чудотворениями и причисленный к лику святых). По инициативе Колчака были даже сформированы отдельные боевые части, состоящие только из церковнослужителей и верующих (включая старообрядцев), чего не было у Корнилова, Деникина и Юденича. Это Православная дружина "Святого Креста", "333-й имени Марии Магдалины полк", "Святая Бригада", три полка "Иисуса Христа", "Богородицы" и "Николая Чудотворца".По личному указанию Колчака следователем по особо важным делам Соколовым было организовано расследование злодейского убийства Царской семьи в Екатеринбурге.

Интересная деталь.

Мария (Марица) Александровна Михалкова. Кремль. Теремной дворец. 1902 (?)

Мария (Марица) Александровна Михалкова. Кремль. Теремной дворец. 1902 (?)

М.А.Кристи и П.В.Глебов. Крым. 1912 (?)

М.А.Кристи и П.В.Глебов. Крым. 1912 (?)


 О своей родне Михалковых и О. В. Волков пишет. Только в фамилии ударение на А.
А пишет он, что Михалковы покровительствовали своей родне...И еще вспоминает детали жизни сына Марицы Кристи в ссылке в Архангельске и той же книге "Погружение во тьму. Крестный путь России" подытоживает их жизнь. Что уж там: слиняли...  

...Этих старших Трубецких называли «Трубецкие-богатые», они отличались чопорностью, кичились своим аристократизмом и очень дружили со столь же богатыми Кристи и Глебовым. Среди них разразился ужасающий скандал, отголоски которого болезненно воспринимаются до сих пор, а былая тесная дружба перешла, как в семействе Форсайтов, в холодную, ничем не проявляемую, молчаливую и потому особенно страшную ненависть.

Один из сыновей Кристи — Владимир — был женат на Марии Александровне — Марице Михалковой, родной тетке нынешнего поэта. Фамилия эта древняя, дворянская, дважды роднившаяся с Голицыными, и ударение надо делать на втором, а не на третьем слоге.

Марица, или тетя Марица, как многие, и я в том числе ее называли, была ослепительно красива, величественна, напоминала императрицу Александру Федоровну, характером обладала веселым, очаровывала всех, кто с ней знакомился, кокетничала со многими. А муж ее был ревнивее Отелло.

Летом 1911 г. супруги отправились на Днепр к дяде Петру Николаевичу Трубецкому. Когда же наступило время возвращаться, дядя поехал их провожать. В коляске он шутил, оживленно разговаривал с женой своего племянника, а тот всю дорогу угрюмо молчал. На станции племянник остался прогуливаться на платформе, а дядя сел в купе рядом с красавицей Марицей и продолжал с ней весело беседовать. Вдруг вошел племянник, вытащил револьвер и раз — раз двумя выстрелами убил родного дядю наповал.

Газеты вышли с кричащими заголовками. Мать убийцы помчалась в Петербург к своей приятельнице — жене министра внутренних дел Сипягина. Началось следствие, но суда не было. Медицинская комиссия признала убийцу сумасшедшим. Он был освобожден и уехал за границу.

Жена подала на развод. Все трое сыновей остались с нею.

Следующую зиму в салонах Петербурга и Москвы судачили о скандале, проклиная бедную красавицу. Ее перестали принимать, и она оставалась первое время в полном одиночестве. Моя мать пожалела ее и поехала к ней. Они вместе проплакали. И с тех пор ее три сына — Володя, Сережа и Гриша стали у нас бывать в сопровождении гувернера-француза. Но приходили они не в дни рождений и не на елки, а тогда, когда никого не было. И я к ним ходил на Малую Дмитровку. Двое из них были меня старше, третий — сверстник, они относились ко мне несколько свысока. Я не очень любил к ним ходить, но ходил, потому что этого хотела моя мать.

Тетя Марица, по-прежнему — ослепительная красавица, вышла замуж вторично за двоюродного брата своего первого мужа, за милейшего Петра Владимировича Глебова, родители которого были категорически против этого брака и первое время не желали даже видеть невестку.

Отчужденность между семьями Кристи и Трубецкими была так велика, что имена виновников скандала и их ближайших родных даже не произносились. А Глебовы колебались — с кем им общаться: если с одними, то другие считали подобное общение недружественным.

От второго брака у тети Марицы родилось еще два сына — Федор и Петр. Их отец в 1922 г. скончался от тифа, и мать одна воспитала пятерых сыновей, нисколько не падая духом, продолжая оставаться барыней, эффектной и веселой красавицей. Они жили недалеко от нас, близ Пречистенки, мы — в Еропкинском переулке, они — в Полуэктовом.

С Сергеем и Григорием Кристи мы постоянно общались в 20-е годы. Оба остроумные, веселые, они увлекались театром, а Сергей еще филателией. Григорий был связан с Художественным театром и впоследствии стал видным театроведом, специалистом по системе Станиславского. Он скончался в 1972 г.

Судьба его брата Сергея сложилась иначе. Еще в 1926 г. его посадили. В Бутырской тюрьме он попал в одну камеру с моим братом Владимиром, и там они подружились. А дружба тюремная теснее сближает, нежели дружба военная. Потом Сергея сослали, сперва в Воронеж, оттуда в Архангельск. В те годы ссылали иногда не очень далеко. Ни высшего образования, ни специальности, кроме знания почтовых марок, у него не было. Но он обладал импозантной внешностью, был умен и очаровывал дам. Во время войны он дослужился до майора, а после войны был администратором театра и в конце концов стал ученым секретарем Всероссийского филателистического общества. Мы с ним изредка встречались и тогда разговаривали часами, вспоминая прошлое. Он скончался в 1986 г.

Когда младшие его братья — Федор и Петр Глебовы — были еще маленькими, мать иногда приводила их к нам. Федор был очень похож на своего отца — тоненький, изящный, с горбатым носиком. Он с детства хорошо рисовал, когда подрос, мой брат привел его в редакцию одного из журналов. С тех пор Федор стал иллюстрировать рассказы, позднее стал видным художником-пейзажистом, умер в 1986 г.

В детстве у Петра всегда текло из носа. Когда он вырос, то стал артистом, но на вторых ролях. Он обзавелся семьей и очень нуждался, мать жила с ним. Как-то, в поисках заработка он нанялся статистом на киносъемки «Тихого Дона». Его увидел режиссер Сергей Герасимов, которого не удовлетворял артист-еврей, игравший Григория Мелехова, и попросил загримировать Петра под Григория. И бывший сопливый мальчишка вскоре прославился на весь мир! Больше всего была счастлива его мать. Вскоре после этого он стал народным артистом СССР.

Она вырастила сыновей молодцами, они были обязаны прежде всего своей матери тем, что стали порядочными людьми.

Она и в старости отличалась ослепительной красотой, величием, веселостью, все обращали на нее внимание. Была она чересчур деятельна, все выдумывала какие-то «мероприятия», вроде домашних спектаклей, шарад, многолюдных поездок, цыганских концертов и т.д. Сыновья, обожавшие ее, изредка говорили ей:

— Мать, а мать, ведь седьмой десяток пошел, что ты опять затеяла?

А несколько лет спустя они ее продолжали предостерегать:

— Мать, а мать, куда ты опять несешься? Ведь восьмой десяток пошел.

В 1962 г. отмечался столетний юбилей со дня рождения художника Нестерова. Большой зал Дома литераторов был битком набит. Тетя Марица опоздала. Я ее увидел, когда она спускалась по проходу, статная, величественная, как королева, с палантином на плечах. Все места были заняты, но она шла уверенно, она знала — ей уступят. И там, и сям мужчины вскакивали, предлагая ей сесть...

Она скончалась восьмидесяти с чем-то лет. Ее отпевали у Ильи Обыденного. Народу было множество, родные, многочисленные друзья. Мне запомнилась старенькая, как сама тетя Марица, няня ее сыновей, которая многие годы жила вместе с ней, и верой и правдой ей служила, когда тетя Марица обедала, она стояла позади ее кресла.

На отпевании стояли в ряд сыновья, внуки, племянники. Не было только Сергея Михалкова, которого она называла своим любимым племянником. Видно, как член партии, он постеснялся войти в храм Божий. А ведь он вырос вместе с ее сыновьями, и первые его стихи сочинялись в ее доме. К сведению исследователей творчества Михалкова — именно его тетка через одного знакомого, а от того к знакомому знакомого цепочкой передала несколько стихотворений начинающего поэта тогдашнему редактору «Известий» Н.И.Бухарину. Когда они были напечатаны в газете, вся Москва их декламировала, все радовались, что появился новый, молодой, талантливый поэт.

Тетю Марицу повезли хоронить в Назарьево — подмосковное родовое имение Михалковых возле станции Жаворонки. Огромная толпа местных жителей — потомков Михалковских крепостных собралась проводить в последний путь свою бывшую барыню.

В 1968 г., то есть более чем полвека спустя после убийства князя Петра Николаевича Трубецкого, я попал во Францию и встретился там с его внуком, а моим двоюродным братом Петром Владимировичем Трубецким. Он меня спросил, с кем из прежних московских знакомых и родных я общаюсь, и я, не думая о последствиях, назвал фамилию Кристи.

Петр Владимирович покраснел, прижал руку к сердцу и патетически произнес:

— Никогда при мне не называй этих людей!..

Владимир Голицин. Вдова князя и потомки. Жизнь и смерть.

Владимир Голицын так определял свою 
профессию:  «Художник, литератор, изобрета-
тель детских игр». Это, пожалуй, уникальное 
соединение трех профессий талантливого 
человека было посвящено мальчишкам 30-х го-
дов; у многих из них из бывших и детства как такового не было: хлебнули горя и в ранней юности».
Моего деда арестовывали четыре раза, 
последний раз 22 октября 1941. В это время 
семья деда: жена – Елена Петровна Голицына, 
урожденная графиня Шереметева, с детьми 
Еленой, Михаилом и Илларионом, жила в горо-
де Дмитров. Туда Голицыны попали после вы-
селения из Москвы. Снимали часть обычного 
деревенского дома, жили, окруженные фамиль-
ными портретами, картинами и разного рода 
ценностями – всем тем, что сегодня составляет 
большую часть царицынской экспозиции. Дед 
очень волновался о судьбе своей семьи, о ко-
торой по несколько месяцев не было известий. 
Шла война, немцы стояли около города. Уже 
были эвакуированы власти, но оккупанты в го-
род не вошли.
Вот строки письма деда домой из ИТК №5 
села Свияжск ТАССР от 6 декабря 1942 года (ров-
но через два месяца, 6 февраля 1943 года дед 
скончался от истощения): «Как это Мишка не на-
ладит ловлю воробьев, голубей, галок и пр. А со-
бачье сало лучшее предупредительное средство 
от ТБС [туберкулеза], да и просто его пить очень 
полезно. Осенью нужно было наловить как мож-
но больше ежей, что тоже сплошное сало. Жир-
ный воробей в тарелке супа – прелесть. Мишка и 
Ларюшка, серьезно об этом подумайте». 
Приведу фрагмент письма моей бабуш-
ки Е.П. Голицыной к свекрови А.С. Голицыной, 
И.Я.Вишняков. Портрет князя Федора Николаевича Голицына в 
детстве. Репродукция. Оригинал находится в ГТГ.
1760
Ф.Н. Голицын (1751-1827), сын князя Николая Федоровича Голицына и Прас-
ковьи Ивановны Голицыной (урожд. Шуваловой). Куратор Московского 
университета (1795–1803), камергер, тайный советник (1795). Кавалер 
орденов Св. Анны 1-й ст., Св. Иоанна Иерусалимского. Племянник и единс-
твенный наследник Ивана Ивановича Шувалова. Вторым браком женат 
на княгине Волконской (урожд. Шиповой). 14 15
написанного после получения ею известия о 
смерти сына: «Отчасти считаю себя виновной. 
Надо было бросить работу, бросить детей и 
продавать все, чтоб чаще посылать посылки. 
С июля можно было бы его подпитать. Ведь в 
каждом письме он об этом писал, а мы что-то 
ждали с неба, а теперь остались окруженные 
портретами, которые, может быть, Ларюшка 
будет так ценить, как он, если доживет до кон-
ца войны.
В этом году призовут Мишку, а там че-
рез год и Ларюшку».
Эти строки отвечают на вопрос, какой 
ценой удалось сохранить голицынское насле-
дие. В то время были проданы антиквару два 
очень любимых отцом портрета: Ф.Н. Голи-
цына в детстве, кисти И.Я. Вишнякова, а так-
же П.И. Голицыной, урожденной Шуваловой, 
кисти Ф.С. Рокотова. Теперь это шедевры Го-
сударственной Третьяковской галереи и Твер-
ской картинной галереи. Был продан альбом 
автографов знаменитых людей в бархатном 
переплете. Он открывался письмом Петра I из 
Азова, написанным им непосредственно пос-
ле азовской победы.
Бабушка, оставшись одна, не вышла 
вторично замуж и донесла до нас частичку 
души деда, пережив его на 49 лет. Она жила в 
семье моей тети Е.В. Трубецкой, урожденной 
Голицыной, воспитывала внуков, радовала 
правнуков.
Голицыны – пример того, как люди 
должны вставать на ноги после страшных тра-
гических событий, как можно держать удар.
Мы рассказываем не только о минувшем, 
и сегодня у нас есть свои звезды, моральные 
авторитеты. Начало XXI века – это три академи-
ка Голицыных (в их числе «Мишка и Ларюшка»): 
М.В. Голицын – академик РАЕН, профессор, 
Г.С. Голицын – академик РАН, директор Институ-
та физики атмосферы РАН, И.В. Голицын – акаде-
мик РАХ, народный художник России, чьи рабо-
ты представлены в постоянной экспозиции ГТГ 
и других музеев. Холсты И.В. Голицына – центр 
экспозиции зала ХХ века в «Царицыно», пред-
ставляющего художественную династию трех 
поколений Голицыных. 
В.М. Голицын. Гербы сопредельных родов князей Голицыных. 
1920-е. Кат. 127
Три поколения потомков Анны Сергеевны Голицыной (1880-1972) в 
день столетия со дня ее рождения; в гостях у Сергея Михайловича 
Голицына (в центре).
Москва. 1980. Кат. 49116 17
В память об отце приведу его стихотво-
рение 1984 года, посвященное моей бабушке 
Елене Петровне Голицыной.
К портрету матери
Всю жизнь пытаюсь я изобразить
Твой образ гениальный, совершенный.
Соизмеримый образ как добыть,
Чтоб был второй подобный и нетленный.
И вот опять попытка, и опять
Не то, совсем не то, не та, что в жизни.
И надо снова, снова штурмовать,
Чтоб повода не дать хуле и укоризне.
Кистями я и пальцами крещу,
Удар, еще удар, но мимо, мимо.
И понял я, напрасно я ищу,
Все понял я – ты, мать, неповторима.
А завтра снова холст и вновь попытка,
И вновь терзает радостная пытка.
Князья Голицыны нитями родства  свя-
заны практически со всеми российскими кня-
жескими, графскими и многими дворянскими 
родами. В родословии это звучит так: княгиня 
Голицына, урожденная графиня Шереметева, … 
урожденная княжна Трубецкая, … урожденная 
Лопухина, ... урожденная Шувалова... В этот ряд 
надо поставить и девичьи фамилии «княгинь» 
нового времени: Бавыкина, Рощина, Мид, Ефимо-
ва, Крылова и др. Браки между представителями 
известных родов способствовали обогащению 
и переплетению сложившихся в них традиций. 
Важно, что многодетность и по сей день остает-
ся характерной голицынской чертой.
В своем дневнике мой прапрадед, В.М. Го-
лицын, выразил, как мне кажется, близкую всем 
нам мысль: «Все, что я когда-то любил, что было 
мне мило и дорого, что вносило свет и отраду 
в мою жизнь и в далеком прошлом, и в настоя-
щем сливается для меня в одну общую любовь 
к Москве».
И Москва отплатила… Устроила парад-
ную, соразмерную юбилейной дате, достаточно 
полную голицынскую экспозицию в царицынс-
ком Большом дворце. Надо сказать, что Царицы-
но постаралось для «своего». Место проведения 
выставки – это дань деятельности В.В. Голицына 
и его сына, хозяев здешних мест в конце ХVII 
века. Мы благодарим устроителей замечатель-
ной выставки, проделавших титаническую ра-
боту по выявлению и сбору экспонатов, обуст-
ройству выставочного пространства и многие, 
многие, казалось бы, незаметные действия, ко-
торые, слившись, подарят зрителям праздник, 
еще более прославив в веках род князей Голи-
цыных.
Закончить статью я хотел бы стихотво-
рением моего дяди, Михаила Владимировича 
Голицына, которое, думаю, украсит его выступ-
ление на торжественной церемонии открытия 
выставки.
Корни
Вспомни, мой друг, как по лесу шагая
Торной тропинкой средь тихих берёз,
Сам того часто не замечая,
Топчешь ты корни – мне жаль их до слёз.
Корни, как речки, ручьи дождевые,
Влагу несущие морю листвы,
Корни – как руки, как пальцы живые,
Держат мать-землю в объятьях своих.
Корни, как вены, набухшие соком,
Жизнь сердцевине деревьев несут,
Корни, как мысли, что огненным током
Вечно штурмуют познанья редут.
Коль ты далёк от таких рассуждений
И сантиментам таким не сродни,
Вспомнив однажды про корни растений,
Не забывай, что живые они!
И никогда не топчи эти корни –
Корни деревьев и корни морей,
Корни традиций и силы народной,
Корни Отчизны – твоей и моей

Портреты предков, которые так берег князь В. М. Голицин

Сергей Михайлович Голицын. Рисунок Т.М.Рейн. 1967

Сергей Михайлович Голицын. Рисунок Т.М.Рейн. 1967

князь С. М. Голицин писатель. Автор книги "Записки уцелевшего". Автор  этого жж учился в институте у брата того самого Ярхо. Он преподавал нам греческий язык, состоял преподавателем на кафедре латинского языка. 


Этими портретами родовитых князей предков со стороны отца и матери так дорожил князь художник Владимир Михайлович Голицин младший; бережно укрывал дерюгой при переездах из-за высылки из Москвы. Берег своим детям и потомкам. Об этом пишет С. М. Голицин.  

7А.М.Матвеев. Портрет кн. Ивана Алексеевича Голицына. Начало XVIII века

А.М.Матвеев. Портрет кн. Ивана Алексеевича Голицына. Начало XVIII века

А.М.Матвеев. Портрет кн. Анастасии Петровны Голицыной. Начало XVIII века

А.М.Матвеев. Портрет кн. Анастасии Петровны Голицыной. Начало XVIII века

Неизвестный художник круга Вуаля. Портрет кн. Варвары Ивановны Голицыной. Последняя четверть XVIII века

Неизвестный художник круга Вуаля. Портрет кн. Варвары Ивановны Голицыной. Последняя четверть XVIII века

Неизвестный художник круга Рокотова. Портрет кн. Федора Николаевича Голицына. Последняя четверть XVIII века

Неизвестный художник круга Рокотова. Портрет кн. Федора Николаевича Голицына. Последняя четверть XVIII века

Неизвестный художник. Портрет кн. Федора Ивановича Голицына. Первая треть XVIII века

Неизвестный художник. Портрет кн. Федора Ивановича Голицына. Первая треть XVIII века

Неизвестный художник. Портрет кн. Александра Федоровича Голицына. Масло по металлу. 1830-е годы

Неизвестный художник. Портрет кн. Александра Федоровича Голицына. Масло по металлу. 1830-е годы

Неизвестный художник. Портрет кн. Луизы Трофимовны Голицыной. Вторая четверть XIX века

Неизвестный художник. Портрет кн. Луизы Трофимовны Голицыной. Вторая четверть XIX века

Неизвестный художник. Портрет кн. Михаила Федоровича Голицына. Вторая четверть XIX века

Неизвестный художник. Портрет кн. Михаила Федоровича Голицына. Вторая четверть XIX века

К.А.Коровин. Портрет кн. Софьи Николаевны Голицыной. 1886. ГТГ

К.А.Коровин. Портрет кн. Софьи Николаевны Голицыной. 1886. ГТГ

А.В.Моравов. Портрет кн. Анны Сергеевны Голицыной. 1900-е годы

А.В.Моравов. Портрет кн. Анны Сергеевны Голицыной. 1900-е годы

Николай Давыдович Делянов во время обучения в Школе гвардейских подпрапорщиков. Акварель А.А.Алексеева. 1834

Николай Давыдович Делянов во время обучения в Школе гвардейских подпрапорщиков. Акварель А.А.Алексеева. 1834

П.П.Соколов. Портрет кн. Михаила Федоровича Голицына на фоне имения Петровское в бурке Клястецкого гусарского полка. Вторая четверть XIX века

П.П.Соколов. Портрет кн. Михаила Федоровича Голицына на фоне имения Петровское в бурке Клястецкого гусарского полка. Вторая четверть XIX века

Кн. Владимир Михайлович Голицын в детстве («Мальчик с кроликом»). Акварель неизвестного художника. Середина XIX века

Кн. Владимир Михайлович Голицын в детстве («Мальчик с кроликом»). Акварель неизвестного художника. Середина XIX века

Кн. Иван Михайлович Голицын. 1890-е годы

Кн. Иван Михайлович Голицын. 1890-е годы

Кн. И.М.Голицын в роли боярина И.П.Шуйского в домашнем спектакле кн. М.С.Волконского по пьесе А.К.Толстого «Царь Федор Иоаннович». Фотография последней четверти XIX века

Кн. И.М.Голицын в роли боярина И.П.Шуйского в домашнем спектакле кн. М.С.Волконского по пьесе А.К.Толстого «Царь Федор Иоаннович». Фотография последней четверти XIX века

Кн. Владимир Михайлович Голицын. 1880-е годы

Кн. Владимир Михайлович Голицын. 1880-е годы

Кн. Михаил Михайлович Голицын. 1910-е годы

Кн. Михаил Михайлович Голицын. 1910-е годы

Кн. В.Долгоруков, кн. Е.Черкасская и кн. М.Голицын в домашнем спектакле. Акварель Тиме. 1840

Кн. В.Долгоруков, кн. Е.Черкасская и кн. М.Голицын в домашнем спектакле. Акварель Тиме. 1840

Петровское. Главный фасад дома. 1900-е годы

Петровское. Главный фасад дома. 1900-е годы

Петровское. Передняя. 1900-е годы

Петровское. Передняя. 1900-е годы

Петровское. Красная гостиная. 1900-е годы

Петровское. Красная гостиная. 1900-е годы

Петровское. Стена с фресками в одной из комнат. Внизу справа портрет кн. Евгения Голицына («Хинный мальчик»). 1900-е годы

Петровское. Стена с фресками в одной из комнат. Внизу справа портрет кн. Евгения Голицына («Хинный мальчик»). 1900-е годы

Императрица Екатерина II. Медальон работы Вассэ. Мрамор

Императрица Екатерина II. Медальон работы Вассэ. Мрамор

Петровское. Большая столовая. 1900-е годы

Петровское. Большая столовая. 1900-е годы

Петровское. Церковь Успения Пресвятой Богородицы (XVII-XVIII). 1900-е годы

Петровское. Церковь Успения Пресвятой Богородицы (XVII-XVIII). 1900-е годы

Петровское. Церковь Успения Пресвятой Богородицы. Интерьер. 1900-е годы

Петровское. Церковь Успения Пресвятой Богородицы. Интерьер. 1900-е годы

Кн. Михаил Владимирович Голицын. 1899

Кн. Михаил Владимирович Голицын. 1899

Кн. Владимир Владимирович Голицын (дядя Вовик). 1910-е годы

Кн. Владимир Владимирович Голицын (дядя Вовик). 1910-е годы

Кн. Александр Владимирович Голицын (дядя Саша). 1900 (?)

Кн. Александр Владимирович Голицын (дядя Саша). 1900 (?)

Кн. Николай Владимирович Голицын (дядя Никс). 1900 (?)

Кн. Николай Владимирович Голицын (дядя Никс). 1900 (?)

В.А.Серов. Портрет кн. Владимира Михайловича Голицына. 1906. ГИМ

В.А.Серов. Портрет кн. Владимира Михайловича Голицына. 1906. ГИМ

В Московской городской Думе. В центре: генерал-губернатор Москвы вел.кн. Сергей Александрович и городской голова кн. В.М.Голицын. 1900-е годы

В Московской городской Думе. В центре: генерал-губернатор Москвы вел.кн. Сергей Александрович и городской голова кн. В.М.Голицын. 1900-е годы

Железники. Южный фасад дома. Перед домом стоят В.М. и С.Н. Голицыны. 1913

Железники. Южный фасад дома. Перед домом стоят В.М. и С.Н. Голицыны. 1913

Д.Доу. Портрет Давыда Артемьевича Делянова. 1820-е годы. ГЭ

Д.Доу. Портрет Давыда Артемьевича Делянова. 1820-е годы. ГЭ

Кн. Софья Николаевна Голицына. 1872

Кн. Софья Николаевна Голицына. 1872

Сцена из спектакля по пьесе В.Крылова «Шалость» в имении вел.кн. Сергея Александровича. Ильинское. Стоят справа налево: вел.кн. Константин Константинович, вел.кн. Павел Александрович, кн. С.Н.Голицына, кн. А.Д.Голицына, неизвестный, барон Г.Н.Шиллинг. Сидят: вел.кн. Сергей Александрович и кж. А.Н.Голицына. 1884

Сцена из спектакля по пьесе В.Крылова «Шалость» в имении вел.кн. Сергея Александровича. Ильинское. Стоят справа налево: вел.кн. Константин Константинович, вел.кн. Павел Александрович, кн. С.Н.Голицына, кн. А.Д.Голицына, неизвестный, барон Г.Н.Шиллинг. Сидят: вел.кн. Сергей Александрович и кж. А.Н.Голицына. 1884

Варвара Александровна Лопухина, урожденная кж. Оболенская. 1860-е годы

Варвара Александровна Лопухина, урожденная кж. Оболенская. 1860-е годы

Алексей Александрович Лопухин. 1860-е годы

Алексей Александрович Лопухин. 1860-е годы

Мария (Марица) Александровна Михалкова. Кремль. Теремной дворец. 1902 (?)

Мария (Марица) Александровна Михалкова. Кремль. Теремной дворец. 1902 (?)

М.А.Кристи и П.В.Глебов. Крым. 1912 (?)

М.А.Кристи и П.В.Глебов. Крым. 1912 (?)

Семья кн. Николая Петровича Трубецкого. Стоят: Елизавета, Софья Алексеевна, Ольга, Ф.Д.Самарин (муж Антонины), Александра. Сидят: Сергей, Варвара, Николай Петрович, Евгений, Антонина. Внизу: Марина и Григорий. 1880-е годы

Семья кн. Николая Петровича Трубецкого. Стоят: Елизавета, Софья Алексеевна, Ольга, Ф.Д.Самарин (муж Антонины), Александра. Сидят: Сергей, Варвара, Николай Петрович, Евгений, Антонина. Внизу: Марина и Григорий. 1880-е годы

Паоло Трубецкой. Мальчики (князья Владимир и Николай Трубецкие). 1898. ГРМ

Паоло Трубецкой. Мальчики (князья Владимир и Николай Трубецкие). 1898. ГРМ

Сергей Алексеевич Лопухин и гр. Александра Павловна Баранова женихом и невестой. 1878

Сергей Алексеевич Лопухин и гр. Александра Павловна Баранова женихом и невестой. 1878

Гр. Анна Алексеевна Баранова, урожденная кж. Васильчикова. Акварель неизвестного художника. Первая треть XIX века

Гр. Анна Алексеевна Баранова, урожденная кж. Васильчикова. Акварель неизвестного художника. Первая треть XIX века

Семья Лопухиных. 8 февраля 1914 года

Семья Лопухиных. 8 февраля 1914 года

Студенты. Стоят: А.В.Давыдов (дядя Альда), гр. М.Л.Толстой, гр. Поль Бутенев, кн. В.В.Голицын. Сидят: Александр Дольмен, С.Лопухин, кн. А.В. и кн. Н.В. Голицыны. 1900-е годы

Студенты. Стоят: А.В.Давыдов (дядя Альда), гр. М.Л.Толстой, гр. Поль Бутенев, кн. В.В.Голицын. Сидят: Александр Дольмен, С.Лопухин, кн. А.В. и кн. Н.В. Голицыны. 1900-е годы

Анна Сергеевна Лопухина и кн. Михаил Владимирович Голицын в день свадьбы. 1899

Анна Сергеевна Лопухина и кн. Михаил Владимирович Голицын в день свадьбы. 1899

С.А. и А.П. Лопухины. 1910-е годы

С.А. и А.П. Лопухины. 1910-е годы

Рафаил Алексеевич Писарев. 1910-е годы

Рафаил Алексеевич Писарев. 1910-е годы

Следующая страница

1 2

Князь Голицын Владимир Михайлович.

Голицын, Владимир Михайлович

Художник, моряк. Князь.

Его род был древним и уважаемым. Голицыны пришли на службу Василию I еще в начале XV века. На протяжении многих веков они верой и правдой служили родине. Но вот их потомку Владимиру Михайловичу было отказано даже в праве защищать ее.

Родившемуся в 1901 г. в селе Бучалки Епифанского уезда Тульской губернии, Владимиру Михайловичу Голицыну удалось сочетать в себе фамильную склонность к морю со страстью к живописи: он стал художником-маринистом. Рисовал с детства. Заведовал плакатной мастерской в Богородицке (1918-1919). Делал Окна РОСТа в Туле. Работал в мастерской П. П. Кончаловского (1921). Еще в 1922 году, будучи совсем молодым сотрудником плавучего института в городе Александровске (ныне Полярный), он отправился на ледоколе "Малыгин" в полярную экспедицию на Новую Землю. И в пути создал целую серию акварелей, превосходно воссоздающих суровую красоту северных морей. В результате появились многочисленные зарисовки, необходимые для иллюстрации научных изысканий, портреты участников экспедиций, силуэты кораблей. Рисунки Голицын выполнял карандашом или пером, иногда в технике масляной живописи. Море, корабли были его страстью.

Рисунки Голицына уникальны, их уникальность заключается в том, что он прекрасно знал предмет, который изображал. Он никогда не приступал к работе без серьезных архивно-исторических изысканий. Художник великолепно разбирался в тонкостях типографского дела, и все обложки его книг и журналов поражают своей красочностью. Буквы Голицына - это не просто шрифт, а еще и настоящие рисунки.

Еще Голицын был изобретателем, дизайнером и художником настольных морских игр для детей, демонстрируя при этом свое великолепное знание оснастки кораблей, истории флота и деталей морских сражений. Вот несколько: "Захват Кололний", "Беглые", "Пираты""Пиратов" обычно датируют 1934 годом. Примерно тогда же игра была показана Максиму Горькому. Он сказал, что "Пираты" заслуживают внимания и публикации, игру отдали в печать... Шел 1935 год. Репрессии, аресты. Игра побывала в нескольких издательствах, но так и не была опубликована. Потом кому-то из редакторов показалось неприемлемым название и сюжет - в самом деле, чему может научить советских детей игра про пиратов? Тираж, что называется, пошёл под нож.

Владимир Михайлович  был одним из строителей корабля "Персей"Посещал вечерние курсы ВХУТЕМАСа в Москве (1923), работал в Кустарном музее (1923-1925). В 1925 году на Международной выставке декоративных искусств в Париже экспонировались две расписанные им шкатулки, выполненные в древнерусской технике. Они получили золотую медаль в номинации "Искусство и индустрия дерева". Роспись одной из шкатулок была посвящена морскому путешествия из Архангельска в Норвегию, другая - Москве двадцатых годов.

Побывав впоследствии в южных морях - Черном и Азовском, Владимир Михайлович с не меньшей выразительностью изображал виды тех мест. Проиллюстрировал он и свыше сорока книг, в основном связанных с морской тематикой. Сотрудничал в журналах "Всемирный следопыт", "Пионер", "Знание-сила" (1927-1932). Был автором «фантастического рассказа без слов» «Путешествие звездоплана «ЮНТ» на луну» (журн. «Техника — молодежи». — 1932. — № 23—24).

Но происхождение и характер В. М. Голицына, не считавшего нужным скрывать свое отношение к властям, не раз становились поводом для его арестов. Был трижды арестован на короткое время в 1925, 1926 и 1933 гг. В 1930 г. всю семью высылали из Москвы. Правда, друзьям его - известным художникам П. Д. Корину, П. П. Кончаловскому и В. А. Ватагину трижды удавалось выручать его из беды, но четвертый арест кончился трагически. По доносу соседей, чекисты взяли Владимира Михайловича 23 октября 1941 года, когда он работал над серией антифашистских плакатов. Осужден на 5 летпо "знаменитой" 58-й статье. Даже в заключении Голицын не терял мужества и пытался рисовать. Свияжск, продуваемый всеми ветрами, омываемый водой, казался художнику огромным кораблем, который плыл в неизвестность.

Кажется, что ветер дул на этом острове, не переставая. Когда заключенных выводили на прогулку, он пронизывал до самых костей. Над куполами древних соборов летели рваные облака, летели туда, на свободу. Когда была возможность, заключенный Голицын смотрел на них и вспоминал:

В другой жизни остались уроки у Юона, Кончаловского и Корина, учеником которых он был, иллюстрации к произведениям А. Беляева, А. Грина, А.Конан-Дойля, В. Бианки. Он иллюстрировал произведения романтические, полные тайн и приключений. "Южный Крест нам сияет вдали, с первым ветром проснется компас, Бог, храня корабли, да помилует нас!" - эти гриновские строчки могли бы стать эпиграфом ко многим его рисункам. Он и сам больше всего в жизни ценил приключения!

6 февраля 1943 г. В. М. Голицын умер  от пеллагры в ИТК № 5 Свияжска (под Казанью) - городе, основанном его предками. Место его погребения на острове неизвестно.

Но художники в роду Голицыных на этом не перевелись. Сын Владимира Михайловича и его жены Елены Петровны (урожденной Шереметевой) - Илларион известен в основном как мастер черно-белой гравюры. Но есть у него и немало акварелей, а также ярких и праздничных мажорных картин, написанных маслом. Он установил на западной стене Свияжского Успенского монастыря, где был в заключении Владимир Михайлович, мемориальную доску.

Художниками стали и внуки В. М. Голицына: Сергей - автор многочисленных московских пейзажей, Иван, работающий в сюрреалистической манере, а также Екатерина, создающая гобелены в традициях литовского народного ткачества.

В 2006 году в деревянном пристрое Троицкой церкви были выставлены репродукции рисунков В. М. Голицына. Солнце освещало импровизированный выставочный зал и делало краски еще ярче. Владимир Голицын вернулся туда, где претерпел беды, лишения и унижения. Вернулся непокорённым.

Иллюстрации к произведениям А. Конан Дойля:

Художник В. М. Голицин


13 января 1901 года в селе Бучалки Епифанского уезда Тульской губернии родился Владимир Михайлович Голицын. День его рождения, пришедшийся на тогда еще неотмечавшийся Старый новый год, странным образом предопределил его противоречивую судьбу оставаться «бывшим» в условиях новой жизни.

Многие Голицыны сыграли значительную роль в истории государства российского. Надежды возлагались и на Владимира, однако к моменту его вхождения во взрослую жизнь в стране произошли значительные перемены, игнорировать которые было нельзя.

В революционном 1917 году Владимир только-только закончил 5-ю Московскую гимназию. В целях самосохранения семья решила выехать в тихий Богородицк, где доводившиеся им родней графы Бобринские еще жили в собственной усадьбе. Вскоре власть советов докатилась и сюда. Обитателей дворца выселили в город и заставили работать.

С детства любивший рисовать Владимир в 1918 – 1919 гг. поначалу заведует плакатной мастерской в Богородицке, а затем делает Окна РОСТа в Туле. Это уникальная форма массовой агитации времен Гражданской войны представляла собой сатирические плакаты на злобу дня, выпускавшиеся Российским телеграфным агентством (РОСТА). Князь Голицын размножал схематичные двух – трехцветные изображения при помощи трафаретов, после чего плакаты выставлялись в больших окнах опустевших продуктовых магазинов. Фактически Окна РОСТа в доступной форме доносили малограмотному народу политику партии большевиков. Картинки дополняли незатейливые стихи, написанные Владимиром Маяковским, Демьяном Бедным и другими пролетарскими поэтами.

Одна из традиционных тем Окон РОСТа – необходимость обороны молодой республики от врагов – в 1920 году коснулась и Владимира Голицына. Сергей Голицын в своих знаменитых «Записках уцелевшего» вспоминал: «Подошло время брату Владимиру призываться в Красную армию, куда ему идти совсем не хотелось». В это время в Богородицк приехал молодой биолог Зенкевич, искавший художника для биологической экспедиции «в Заполярье, где только еще собирались основывать город Мурманск… Какими путями мой брат Владимир получил метрику, что он родился не в Бучалках, а в Богородицке, - не знаю, так же, как не знаю, откуда он раздобыл справку, что является матросом крейсера «Аскольд» и направляется в распоряжение Зенкевича как художник высокой квалификации». Крейсер «Аскольд» еще во время первой мировой войны отошел к французам и был направлен в Тунис, «потому матрос с «Аскольда» никак не мог в 1920 году оказаться в Богородицке».

На Кольском полуострове Владимир зарисовывает для экспедиции всевозможных морских существ и одновременно для себя карандашом и акварелью - мурманские пейзажи, жанровые сценки и карикатуры на сослуживцев. Именно в этих пейзажах впервые угадывается талант художника. Письма домой он тоже подкрепляет рисунками.

Вернувшийся в Богородицк бывалый моряк Голицын гуляет по Воронежской (Коммунаров) улице, поражая город своей огромной шубой из меха северного оленя и ботинками на ярко-желтой подошве. «Кажется, даже встречные лошади шарахались при виде его», - вспоминал Сергей Голицын.

Морские путешествия и корабли становятся страстью Владимира Голицына. В 1922 году на ледоколе «Малыгин» он отправляется в полярную экспедицию на Новую Землю, где создает серию морских акварелей, портретов участников экспедиции, зарисовок силуэтов кораблей. Позже он участвует в строительстве первого советского научно-исследовательского судна «Персей», служит матросом на шхуне «Друг жизни», ходит в южные Черное и Азовское моря.

В перерывах между путешествиями Владимир работает в московской мастерской П.П. Кончаловского, берет уроки у К.Ф.Юона и П.Д.Корина, посещает вечерние курсы ВХУТЕМАСа, служит в Кустарном музее. В 1925 году на Международной выставке декоративных искусств в Париже Владимир Михайлович Голицын получает Золотую медаль по классу «Искусство и индустрия дерева» за роспись двух деревянных шкатулок в древнерусском стиле. Роспись одной из шкатулок была посвящена его плаванию из Архангельска в Норвегию, другая - Москве двадцатых годов.

В эти же годы В.М. Голицын работает художником-декоратором в Богородицком народном театре, где создает декорации к спектаклям «Вишневый сад», «Ревизор» и другим. Некоторые эскизы хранятся сегодня в фондах Богородицкого Дворца-музея и парка.

Начиная с 1924 года художник иллюстрирует книги. С особым чувством он принимается за близкие ему по духу полные морской романтики, тайн и приключения произведения А. Беляева, А. Грина, А. Конан-Дойля, В. Бианки и Б. Житкова. Тогда же художник изобретает детские настольные игры морской тематики: «Пираты» и «Беглые» (прим. ред.: всего В.Голицин придумал более десятка настольних игр, но не все дошли до нас в более-менее полном виде).

С 1925 года Владимир Михайлович сотрудничает с журналами «Кругосвет», «Пионер», «Знание — сила» и «Всемирный следопыт».

Особо нужно остановиться на иллюстрациях к публиковавшейся во «Всемирном следопыте» популярной серии охотничьих рассказов «Необычайные приключения Боченкина и Хвоща». Их автор Владимир Сергеевич Трубецкой - муж сестры художника, печатался под псевдонимом В. Ветов. Действие рассказов происходило «в уездном городе Б.», в описаниях которого безошибочно угадывался Богородицк и его обитатели.

В 1932 году в №№ 23-24 журнала «Техника - молодежи» Владимир Михайлович публикует фактически первый советский комикс – рассказ без слов «Путешествие звездоплана «ЮНТ» на Луну».

Романтик по духу, В.М.Голицын был профессионалом по сути. Он никогда не приступал к работе без серьезных архивно-исторических изысканий, прекрасно разбирался в тонкостях типографского дела. Обложки его книг и журналов даже в начале ХХI века восхищают своей красочностью. Художник обладал удивительным талантом разработки шрифтов, часто представлявших собой не просто буквы, а самостоятельные рисунки. В ряде случаев его приглашали именно для разработки шрифта, тогда как саму книгу иллюстрировал другой художник.

При всем этом Владимир Михайлович никогда не забывал, что он из рода тех самых Голицыных, и не считал нужным скрывать свое негативное отношение к новой власти. Результат закономерен. В 1925, 1926 и 1933 годах его трижды арестовывали. И все три раза, благодаря друзьям – известным художникам П.Д. Корину, П.П. Кончаловскому и В.А. Ватагину, его отпускали. В 1930 году семью Голицыных вообще высылали из Москвы.

Четвертый арест оказался роковым. По доносу соседей Владимир Михайлович был арестован 23 октября 1941 года во время работы над серией антифашистских плакатов. Голицына осудили «за контрреволюционную деятельность» по печально знаменитой 58 статье Уголовного кодекса РСФСР на 5 лет и отправили в исправительно-трудовую колонию № 5 города Свияжска, что под Казанью.

В каком-то смысле расположенный на острове Свияжск, омываемый со всех сторон водой, казался неисправимому романтику Голицыну кораблем. Даже в заключении художник пытался рисовать. Но колония сделала свое дело. Суровый климат острова и недостаток полноценного питания вызвал у Сергея Михайловича развитие пеллагры, заболевания группы авитаминозов. 6 февраля 1943 года художника не стало. Место его погребения неизвестно.

Таланты в роду Голицыных на этом не перевелись. Наибольшего признания добился родившийся в 1933 году в семье сестры художника его тезка Владимир. Дядя стал первым учителем племянника, рано проявившего склонность к рисованию. «Я много рисовал, а он приговаривал: «Рисуй больше — художником станешь...», - вспоминает Владимир Валерьевич Перцов. Возможно, именно в нем воплотились несбывшиеся мечтания В.М. Голицына. Начав с иллюстраций к трем книгам дяди, объединенных темой защиты Руси от иноземных захватчиков, Владимир Валерьевич превратился в, пожалуй, самого блистательного и титулованного в России иллюстратора детских книг.

Именно его рисунки разглядывали миллионы советских детей в своих первых книжках: «Тараканище» и «Федорино горе» Корнея Чуковского, «Конек-Горбунок» Петра Ершова и «Городок в табакерке» Владимира Одоевского, в сказках и поэмах А.С. Пушкина, русских народных былинах. Работая над циклом «На поле Куликовом», Владимир Валерьевич детально изучал исторический материал, приезжал в Тульскую область на место битвы, долго бродил по лесам и полям, по берегу реки Непрядвы, по окрестным деревням. Всего художник проиллюстрировал более 100 книг.

Профессиональными художниками стали младший сын Владимира Михайловича Илларион, внуки Сергей, Иван и Екатерина. В середине 1980-х на западной стене Свияжского Успенского монастыря, где располагалась ИТК-5, установлена мемориальная доска в память художника, моряка, князя и неисправимого романтика Владимира Михайловича Голицина.

В 2005 году в Богородицком Дворце-музее состоялась выставка художественного наследия рода Голицыных. Приезжавшие на ее открытие дети и внуки художника посетили и библиотеку искусств, где с тех пор как одна из реликвий хранится книга о Владимире Голицыне с автографами его потомков. Род продолжается.

Дмитрий Мареев
Литература:
1. С. Голицын «Записки уцелевшего» // www.ModernLib.ru
2. В. Соколовский «Семья Голицыных в искусстве». «Искусство» № 12, 2002.
3. Т. Мамаева «Художник Голицын, надеть ордена!» // «Время и Деньги», № 108 (2318) от 20.06.2006.
4. Е. Кончин «Владимир Перцов: «Не рисовать – это трагедия» // «Культура» №24 (7432) от 23.06.2004г.

Продолжение граф Федор Келлер: Белый воин

Позволю себе с этим не согласиться. В журнале "Русская старина" за 1912 . № 5 в статье "Можно ли было выручить Порт-Артур в мае 1904 года?", подписанной «В. Ф.», автор на основе глубокого анализа документов прямо утверждает, что единственный граф Келлер не принадлежал к числу генералов, "которые уже успели подпасть под влияние этих "навязчивых идей" (боязни встречи с "превосходными силами", опасений израсходовать свои резервы, прежде чем "определилось направление главного удара противника")6. Восточному отряду командованием армии предписывался пассивный образ действий, который никак не мог принять опытный и энергичный граф. В письме от 22 мая командующему армией он писал: "Отказавшись от всякой инициативы на всей нашей восточной линии, мы тем самым вполне подчиняемся инициативе японцев. Мы их всюду боимся, - они нам мерещатся вездесущими"6. Граф неоднократно слал телеграммы, писал донесения генерал-адъютанту А. Н. Куропаткину с предложением активных действий, на которые тот или совсем не отвечал, или отвечал отказом. В конце концов, графу, как начальнику Восточного отряда, приходилось постоянно личным примером поднимать боевой дух своих подчиненных, снижаемый выражениями "озабочен", "тревожусь", "беспокоюсь", "опасайтесь" и предупреждениями о возможности встреч с "большими силами противника" в телеграммах командующего графу Келлеру. И, несмотря на все, действия Восточного отряда можно считать успешными, потому что каждый шаг отступления отряда стоил противнику дорого, хотя силы у того была превосходящими. Таким образом, граф Ф. Э. Келлер не только не разучился воевать, но и личным примером показывал, как надо исполнять долг воина.

 

Конец мая и весь июнь прошли в Восточном отряде в «усиленных рекогносцировках, не дававших никаких положительных результатов и зря утомлявших войска. В июне прибыл в Маньчжурию и был двинут в Восточный отряд X армейский корпус генерала Случевского. «Силы графа Келлера сравнялись с таковыми же Куроки, и он мог перейти к более активным действиям»13.

 

Следом за корпусом Случевского в Восточный отряд стал прибывать и XVII армейский корпус барона А.А.Бильдерлинга (3-я и 35-я пехотные дивизии). В составе корпуса на театр боевых действий прибыл и сын графа Келлера, Александр Федорович. Идя по стопам отца, дабы участвовать в войне, корнет гвардии граф А.Ф.Келлер испросил разрешения перейти  из  Кавалергардского Ее Императорского Величества полка в 52 драгунский Нежинский полк  (гвардия в этой войне не участвовала), также входивший в состав ХVII армейского корпуса.

 

wpc49a1b37_0f.jpg

Генерал-адъютант А.Н.Куропаткин

 

В свою очередь и японские армии стали усиливаться резервными бригадами.

В середине июня Куроки стал проявлять активность и рядом наступлений оттеснил авангарды Восточного отряда с перевалов Феншуйлинского (12 июня), Далинского (14-го) и Модулинского (16-го). Наши сумели ответить лишь очередной «усиленной рекогносцировкой» 26 июня, по обыкновению     безрезультатной.                                 

 

«Все это бесполезное изматывание войск, топтание на месте различных «отрядов», чередовавшееся с постоянными отступлениями, действовало удручающе на страну и войска. Между тем с подходом X корпуса мы приобретали перевес. Весь июнь адмирал Алексеев требовал от генерала Куропаткина решительных действий и получал уклончивые ответы»13.

 

Чтобы хоть как-то показать свою деятельность, командующий Маньчжурской армией приказал Восточному отряду наступать на Модулинский перевал, но при этом «не  задаваясь целью непременно овладеть перевалом, действовать в зависимости от обстановки и обнаружившихся японских сил». И это приказывал сподвижник Скобелева! В общем, как всегда: вся инициатива операции в руках японцев, нашим войскам приходилось находиться в зависимости от обстоятельств и милости врага! И снова другой соратник Скобелева, начальник Восточного отряда,  скрепя сердце и подчиняясь дисциплине и субординации, отдавал эти деморализующие и отбивающие всякую охоту к победе  приказания! Только благодаря его неуемной энергии, его железной воле, искрометному юмору  и непоколебимому желанию во что бы то ни стало поддерживать на должном уровне воинскую дисциплину в отряде, вверенные графу войска оставались серьезной помехой для японцев. Однако чудес на свете не бывает: бой 4-6 июля на Модулинском перевале закончился безрезультатно. В этом бою мы потеряли 46 офицеров и 1507 нижних чинов.

 

7 июля на совещании адмирала Алексеева с генералом Куропаткиным было решено ограничиться обороной на южном фронте против Оку и Нодзу и предпринять решительную наступательную операцию на восточном – против наиболее опасной армии Куроки. В связи с этим войска Маньчжурской армии получили новую организацию. Всего против 112 000 японцев у нас в боевой линии было 137 000 штыков и шашек, не считая подходившего XVII корпуса.

 

Наступательная операция русских войск так и не состоялась. 10 июля началось наступление армии Оку против нашего Южного отряда в общем направлении на Дашичао. В бою 11 июля японцы были здесь отражены по всей линии. Генерал Зарубаев предложил либо отступить заблаговременно без боя, сберегая войска, либо уж драться серьезно, до последнего, и разбить японцев. «Но Куропаткин, половинчатая натура которого не  выносила определенных решений, настоял на компромиссе – арьергардном бое»13. Против всей армии Оку было введено только 18 батальонов, несмотря на то, что можно было бы ввести равные силы (т.е., по 40 000). Но и эти силы отразили японцев. Наши потери – 37 офицеров, 782 нижних чина, у японцев выбыло 60 офицеров и свыше 1100 нижних чинов. «Тем болезненнее поразил войска, уже было почувствовавшие свое превосходство над неприятелем, приказ Куропаткина отступать… С оставлением Дашичао оставлялся врагу и порт Инкоу (соединенный с Дашичао железнодорожной веткой) и терялась морская связь с Порт-Артуром»13.

 

18 июля прибывший в Маньчжурию маршал Ойяма перешел в наступление армиями Нодзу и Куроки. При Кангуалине армия Нодзу потеснила отряд Засулича.

 

wp5d9dfd9a_0f.jpg

Граф Келлер на Янзелинском перевале

 

Но самое тяжелое известие прокатилось па армии: в бою на Янзелинском перевале с армией Куроки был убит «храбрый граф Келлер» и потерпел поражение наш Восточный отряд. Проводя рекогносцировку с офицерами штаба отряда граф, как всегда,  избрал пунктом наблюдения за боем наиболее обстреливаемую батарею. «Предупрежденный об опасности, он махнул рукой и направился открыто вдоль бруствера. Находившийся в числе сопровождавших его граф Комаровский писал: «Поравнявшись с батарей, мы услышали страшный взрыв  и сквозь дым и облако пыли увидели любимого начальника в крови, неподвижно лежавшим в нескольких шагах      от нас. Из шести лиц, сопровождавших его, никто не был задет, весь снаряд попал в графа»3. Это произошло в  3 часа дня. Через 20 минут начальник Восточного отряда Маньчжурской армии  граф Федор Эдуардович Келлер скончался.

 

wp5222fa13_0f.jpg

Панихида у гроба графа Ф.Э.Келлера

 

Сообщая о смерти Федора Эдуардовича сестре покойного графине М.Э.Клейнмихель генерал Куропаткин писал: «Брат Ваш умер героем…Федор Эдуардович, выбравший по обыкновению самое опасное место по руководству боем, поражен был шрапнелью, разорвавшейся вблизи него 36 пулями. Без сознания пробыл несколько минут»3

 

С гибелью графа Ф.Э Келлера дела в Восточном отряде пошли еще хуже. Ушел яркий представитель наступательной скобелевской школы, один из немногих, кто поднимал боевой дух подчиненных, учил их воевать в победоносных традициях русского оружия, вселял  надежду на победу в этой войне.

 

Тело генерал-лейтенанта графа Ф. Э. Келлера было сопровождено до Иркутска его сыном. Из Бурятской он телеграфировал в с. Сенницы в имение  матери, графине М.А.Келлер: «Прошу Обрехта (Р.Ю.Обрехт – ученый-лесовод, управляющий сенницким имением – А.К.) выехать на встречу гроба Челябинск к 8 числу. Нежно целую. Александр»21. В Рязани прах героя был встречен его вдовой, графиней Марией Александровной. 11 августа утром гроб с телом графа был доставлен поездом на станцию Зарайск, а затем на лошадях до Сенниц. 18 августа состоялись похороны графа в усыпальнице в Сенницах, в которой ранее была похоронена его дочь Мария, а в 1911 году – его трехлетний внук Федор. «Толпы крестьян из окрестных сел запрудили улицы села Сенницы и церковную площадь, многие крестьяне при выносе тела плакали. Тут, как и в Екатеринославе, покойного Федора Эдуардовича называли «нашим графом»1. «На похороны приехали многочисленные представители общественности из Москвы, Петербурга, Екатеринослава, делегации от Генерального штаба, Пажеского корпуса. После панихиды и прощальных речей гроб с телом геройски погибшего графа был опущен в родовой склеп в сенницком парке. В книге Авчинникова А.Г. «Памяти Ф.Э.Келлера» (так в тексте – А.П.) К.Миров так рассказывает о последнем месте упокоения Келлера: «В одном из самых уютных уголков парка высится стеклянная галерея, сооруженная наподобие оранжереи. В лицо нам пахнуло теплым, влажным и пряным   воздухом теплицы. Часовня уставлена тропической зеленью. В передней стене Распятие с лампадой перед ним, тесно обвитое темной зеленью плюща и окаймленное розами. В обстановке этой усыпальницы есть что-то необычное, радостное, чувствуется какая-то светлая христианская надежда, не затмеваемая черной тенью смерти…»3.

 

Вдова, графиня Мария Александровна, ежедневно получала десятки телеграмм с соболезнованиями, газеты российские и заграничные вышли с некрологами по поводу кончины графа. Страна буквально скорбела.

 

wpd96cc8ce_0f.jpg

Руины усыпальницы Келлеров

 

Графский дом и усыпальница Келлеров в Сенницах не сохранились. Но благодаря самоотверженности музейных работников - первого директора Зарайского музея И. П. Перлова и эмиссара музейного отдела по Рязанской губернии Л. М. Весельчакова - в коллекциях музея "Зарайский Кремль" имеются вещи семьи Келлеров. Работники музея бережно хранят эти непреходящие ценности, порой спасая их в не совсем благоприятных условиях нахождения  в трудные годы гонений на музей. И  уж совсем обидно и удивительно  утверждение некоторых некомпетентных местных «краеведов», что «многое из поступившего в Зарайский музей утрачено». Надо отдать должное заместителю директора  по учету и хранению Л.И.Максимовой, проработавшей в данной должности не один десяток лет, что все ценности в музее находятся на строгом учете и о каких бы то ни было утратах (тем более «многих»!) не может быть и речи.

 

wp0646ce09_0f.jpg

«Келлеровский уголок» музея «Зарайский Кремль»

 

Из вещей семьи Келлеров особенный интерес представляют фотографии.  Александр Федорович был неплохим фотографом. В коллекции имеются фото, как мирных лет, так и последних дней жизни Федора Эдуардовича на театре военных действий.

 

Недавно землю своих предков посетил последний потомок ветви графа Федора Эдуардовича Келлера – Морис Келлер, проживающий во Франции. Это сын Марии Александровны Келлер-Шаховской, умершей в прошлом году. О ней в свое время была передача по НТВ. Вместе со старшим научным сотрудником Государственного геологического музея им. В.И.Вернадского, кандидатом геолого-минералогических наук Е.Л.Мининой и сотрудниками музея он посетил Сенницы, музей-усадьбу Даровое, бывшее имение Ф.М.Достоевского. Чрезвычайно эмоциональный, Морис Келлер обещал ежегодно бывать на зарайской земле и «приехать умирать на родине предков». Большую помощь он оказал музею в идентификации фотографий из архивов Келлеров, находящихся в музее.

 

wp16a3260d_0f.jpg

«А это маменька в детстве!» На фото слева направо:Е.Л Минина, М.Келлер,

А.П.Киселев, зам. директора музея по учету и хранению Л.И.Максимова

 

wpd66d5f7e_0f.jpg

Как сладок воздух родины предков (М.Келлер в Сенницах)

 

Граф Ф.Э.Келлер был яркой звездой на Российском небосводе. Вся его героическая жизнь, его геройская смерть служат ярким примером беззаветной преданности своей Родине, служения  по мере всех своих сил России, беспримерной храбрости на поле боя, умелого хозяйствования на мирном поприще, воплощения в жизнь передовых идей, благородства и уважительного отношения к людям. Имя генерал-лейтенанта графа Ф.Э.Келлера можно смело причислить к плеяде светлых образов народных героев. Особенно важно доведение имен этих героев и фактов их биографий и подвигов до широких масс, воспитание на таких примерах подрастающего поколения. Настало время увековечить имя графа Ф.Э.Келлера не только на бумаге, но и в названии улицы или площади нашего города. С коммунистических времен в  городе сохранилось много улиц и площадей имени людей, практически не имеющих никакого отношения к Зарайску. Например, какое отношение имеет Урицкий к городу? Или Карл Маркс? И, тем более, Дзержинский? Ну, а основатель болгарской компартии Д.Благоев? Понятно, переименование улицы Кожевников было сделано, чтобы польстить «болгарским товарищам». Да и памятник этому деятелю надо было бы подарить болгарам с транспортированием его самовывозом.  И вообще, пора бы возвратить улицам и площадям их исторические названия. Хотя бы в исторической части города, хотя бы не сразу всем. Это дорого, но это назрело. Тем более что наш земляк, скульптор и художник, член Творческого союза художников РФ Е.П.Шишков создал прекрасный бюст генерал-лейтенанта графа Ф.Э.Келлера. Это оставило бы добрую память о новой Администрации района.

 

Работники музея продолжают работу по выявлению новых фактов, уточнению уже известных из жизни  героя - земляка. Какие еще интересные страницы нам придется открыть -время покажет.

 

А. Киселев

подполковник  запаса,

старший научный сотрудник

музея «Зарайский Кремль»

Анна Ярославна, Православная королева Франции


Анна Ярославна, Русская Великая княгиня и Православная королева Франции, дочь Великого Киевского князя Ярослава Мудрого (1019-1054), восстановила память православного святителя мученика Викентия Леринского, построив собор в его честь. Анну Рускую, королеву Франции так и увековечили в камне: царственная статуя  королевы Анны в Санлисе -пригороде Парижа, где она, овдовев, проводи замкнутую жизнь в замке. На фото-скульптурное изображение - ростовая статуя королевы Анны, где она держит в  левой руке выстроенный ею в Париже собор святителя мученика Викентия Леринскаго -Сан Венсан дэ Лёран.
 

Русское сердце французской королевы

Из сюжета: Собор соотечественников (43 материала)
28.03.2011, 15:01
© Фото: ru.wikipedia.org
распечатать статьюрассказать другудобавить в блог
«В какую варварскую страну ты меня отослал. Дома здесь мрачные, церкви - некрасивые, а обычаи ужасны...», - писала из Парижа своему отцу киевскому князю Ярославу Мудрому королева Франции Анна 

Брак  как продолжение политики               

На Руси,  как и в Европе, брачные союзы составляли немаловажную часть внешней политики. Семейство Ярослава I, названного Мудрым (годы великого княжения 1015-1054), породнилось со многими   королевскими домами. Дочери  киевского князя  воспитывались  под надзором матери  -   княгини  Ингигерды.  Ее отец,  шведский король  Олав, дал в приданое дочери -Ингерманландию, куда входила вся Латвия, Литва и Эстония, а них: город   Альдейгабург  и всю Карелию. Скандинавские саги передают подробности женитьбы Ярослава на принцессе Ингигерде и замужества их дочерей.   Королевами европейских стран стали все три дочери Ярослава: Елизавета, Анастасия и Анна.

Русская красавица княжна Елизавета покорила сердце норвежского принца Гарольда, в юные годы служившего ее отцу. Чтобы быть достойным Елизаветы  Ярославны,  Гарольд отправился в дальние страны добывать славу подвигами, получив прозвище Смелый.   Совершив походы в Константинополь,  Сицилию и  Африку,  Гарольд Смелый  с богатыми дарами вернулся в Киев. Елизавета стала женой героя и королевой Норвегии (во втором замужестве - королевой Дании), а Анастасия Ярославна - королевой Венгрии.  Третью сестру, Анну, ожидала корона Франции.

Древнерусское воспитание

Фреска в Софийском Соборе г. Киева, представляющая дочерей Ярослава Мудрого. Анна, предположительно, самая младшая.

© Фото: ru.wikipedia.org

Будущая королева Франции  в детстве была  похожа на ангела. Золотые  локоны  и чудесный  озорной взгляд  делали ее облик неповторимым. Отец настаивал на амазонском воспитании дочерей, поэтому Анна с детства уверенно держалась в седле, фехтовала не хуже братьев, не пропускала ни одного сезона охоты, отличалась упрямством и силой характера.

Росла она во  времена  процветания Руси.  Киев, по примеру Константинополя,  был украшен  Золотыми воротами и   великолепным Софийским собором.  Ярослав,   представитель нового поколения грамотных, просвещенных христиан, создал богатейшую библиотеку русских и греческих книг.  Анна была блестяще  образованна,   владела  греческим  и латынью. 

Время шло. Юная княжна притягивала взгляды многих мужчин не только своей красотой и стройностью стана, но и блистательным умом, смелостью и решительностью. Ярослав Мудрый задумался о поисках достойного супруга для своей дочери.

Прибытие сватов

© Фото: ru.wikipedia.org

Сватовство  Анны Ярославны состоялось в 1050 году, тогда ей было 18 лет. Послы короля Франции, недавно овдовевшего Генриха I, отправились в Киев весной, в апреле. Посольство продвигалось медленно. Кроме послов, ехавших верхом   на мулах  и  на лошадях,  обоз составляли многочисленные повозки с припасами на долгий путь и   богатыми дарами. В подарок князю Ярославу Мудрому предназначались великолепные боевые мечи, заморские сукна, драгоценные серебряные чаши.

На ладьях спустились по Дунаю, потом на лошадях прошли через Прагу и Краков. Эта дорога считалась наиболее удобной и многолюдной. По ней шли торговые караваны на восток и на запад. Возглавлял посольство  епископ Роже из знатного рода графов Намюрских. Его дипломатические способности не раз использовал король Франции, посылая  с важными миссиями то в Рим, то в Нормандию, то к германскому императору.

Кроме него в посольстве был епископ города Мо, ученый богослов Готье Савейер, который станет вскоре учителем и духовником королевы Анны.  Перед Золотыми воротами столицы Древней Руси посольство остановилось с чувством удивления и восторга. Брат Анны, Всеволод Ярославич, встречал послов и легко объяснялся с ними на латыни.

Корона, скипетр и жезл правосудия

14 мая 1051 года Анна Ярославна торжественно прибыла во Францию. Ликующая толпа города  Реймса пришла приветствовать свою будущую королеву.  Прекрасная   всадница  гордо въехала в  незнакомую страну на белом коне. Ее вышел  встречать жених -   король Генрих I.  В свои сорок с лишним лет он был тучным и всегда хмурым. Но, увидев Анну, не смог удержаться от радостной улыбки. Еще бы! Его невеста  была счастливым даром судьбы.

Венчание состоялось 19 мая в Реймском соборе Сен-Реми. Почему не в Париже? Потому что в  те времена Париж был еще довольно скромным городом на небольшом островке Сены. Именно в Реймсе с давних времен короновали французских королей. Церемония коронации Анны состоялась в этом же старинном городе, в церкви Святого Креста. Анна Ярославна настойчиво отказалась присягать на латинской Библии и принесла клятву на древнем Евангелии, написанном кириллицей и глаголицей, взятом из Киева. Позже под влиянием обстоятельств Анна  все-таки  примет  католичество, и в этом  случае дочь Ярослава проявит политическую  мудрость  как    мать будущего короля Франции,  Филиппа I. 

После венчания   на голову Анны была возложена золотая корона и она стала королевой Франции. Из рук мужа  получила скипетр и жезл правосудия – символы королевской власти, передававшиеся от короля к наследнику, которого Генрих ожидал с нетерпением. На брачном контракте Анна написала свое имя, ее же  малограмотный супруг  вместо подписи поставил крестик.

С согласия супруги моей Анны повелеваю…

© Фото: Русский Биографический Словарь

Сразу после коронации королева Анна, пренебрегая Парижем, обосновывается со своим двором в Санлисе. Сегодня это небольшой городок в 50 км от французской столицы, а в то время - средневековая крепость, окруженная красивыми и богатыми  дичью лесами. Она очень полюбила это место. Наверное, оно напоминало ей родные места.

В первые годы совместной жизни король и королева совершали частые конные прогулки. Анна была большой любительницей охоты, вызывая удивление и непонимание у приближенных, полагавших, что место королевы скорее в замке, чем на охотничьих угодьях  рядом с мужчинами. Но Анна установила свой распорядок жизни, заставив принять себя такой, какой она была. Сказывался ее самостоятельный характер.

Родив первенца в 1052 году, которого нарекли Филиппом, а следом и еще двоих сыновей Роберта (умер во младенчестве) и Гуго (ставшего Гуго Великим, графом Верманду), она забывает об этих изысканных забавах, полностью окунувшись в дела королевские. Ее стараниями  дети получили хорошее домашнее  воспитание и Филипп стал впоследствии одним из образованнейших правителей своего времени.

Генрих I настолько доверял своей жене, что практически сделал ее своей соправительницей. Об этом говорят документы, скрепленные двумя подписями – короля и королевы. На государственных актах, на грамотах можно прочитать: «С согласия супруги моей Анны повелеваю…» или  «В присутствии королевы Анны».

Королева сразу же показала себя дальновидным и энергичным государственным деятелем. Римский папа Николай II, удивленный замечательными политическими способностями Анны, написал ей однажды  в письме: «Слух о ваших добродетелях, восхитительная девушка, дошел до наших ушей, и с великою радостью слышим мы, что вы выполняете в этом очень христианском государстве свои королевские обязанности с похвальным рвением и замечательным умом».

Во время ее правления во Франции  начался  экономический подъем.   Возродились старые города - Бордо, Тулуза, Лион, Марсель, Руан.   Города начинают освобождаться от власти сеньоров, то есть от феодальной зависимости. Это повлекло за собой развитие товарно-денежных отношений: налоги с городов приносили казне  доход, что способствовало укреплению государства.

 

Похищение Анны

© Фото: ru.wikipedia.org

В 1060 году в замке Витри-о-Лож, недалеко от Орлеана,  скончался Генрих I.  Анне Ярославне было всего 28 лет.  Став вдовой, она, в память о муже, начала возведение нового собора и монастыря в Санлисе на месте небольшой часовенки, носящей имя Святого Винсента.  Лично   следила за строительством, на которое ушло много лет, усилий и  средств.

Анна также организовывает при дворе различные ассамблеи, приглашая своих вассалов и соседей, придерживаясь принципа «лучше плохой мир, чем хорошая война».  Достаточно мудрое решение для королевы-вдовы, сын которой еще очень молод, чтобы участвовать в военных походах.   Интуитивно она нашла в политике нужную середину, что было непросто в ту суровую эпоху.   Сумела внушить к себе уважение, став смелой и  бескорыстной правительницей, стремящейся к благу подданных.  Анна добилась настоящего признания, продолжая политику мужа, направленную на укрепление королевской власти во Франции. Одним словом, ее  судьба  не оборвалась со смертью мужа, скорее наоборот.

Очарование молодой вдовы в сочетании с ее умом и образованностью привлекают мужчин. Среди них  был  и Рауль III, граф де Крепи. Этот знатный вельможа, потомок Карла Великого,  был  дальним родственником  короля Генриха.   Один из самых сильных и независимых его вассалов, он не признавал никакой высшей власти над собой, не боясь ни королевских войск, ни гнева Церкви. Амбициозный, уверенный в себе, энергичный, он представлял собой полнейшую противоположность осторожному Генриху, что, видимо, и привлекло Анну. Тем более что этот суровый воин неожиданно в присутствии своей королевы становился нежным и мягким. Казалось,  она разбудила в его душе совершенно иные чувства, не связанные с войной.

Граф  был женат второй раз. Первая жена умерла, оставив ему двух сыновей и двух дочерей, его второй брак оказался менее удачным. Ради молодой королевы он,  не терзаясь  сомнениями и угрызениями совести, обвинил свою супругу в неверности и получил таким образом повод к разводу. Ради Анны он пренебрег  и мнением Церкви, которая будет против его нового брака.

Существует очень красивая легенда, согласно которой Рауль похитил Анну во время ее любимой охоты.  Королева,  по слухам,  как будто особо и  не сопротивлялась, оказавшись в замке Рауля, где один из священников обвенчал их - то ли посочувствовал влюбленным, то ли под страхом смерти. Все знали,  что с графом де Крепи лучше не шутить. Это произошло в первой половине 1063 года, спустя два года после смерти короля.

Право на любовь

Анна заслужила право на любовь. Пожертвовала ради нее многим.  Она отдалилась от сына-короля, потеряла титул королевы.  Вместе с титулом она была лишена и права на управление королевством.  Но, наверное, впервые в жизни была по-настоящему счастлива.  Высокому титулу она предпочла женское счастье.  Где-то очень далеко, на родине, остались ее первые девические  привязанности. Потом  -  чисто политический брак с Генрихом Первым, которого она впервые увидела за несколько недель до бракосочетания и к которому  не испытывала никаких иных чувств, кроме долга и уважения. А сейчас в ней проснулась настоящая женщина, которая впервые впустила в свою жизнь любовь. Трудности не страшили ее. Анна все чаще появляется при дворе, всегда с Раулем, и все  постепенно начинают привыкать к этой необычной ситуации, и в первую очередь  молодой король, нежно любивший мать. Возможно, он не оправдывал королеву, но простил женщину, подарившую ему жизнь.

Власть и милосердие

Рауль де Крепи был достойным спутником королевы.  Анна не жалела о своем выборе. Это был единственный мужчина, которого она любила, и двенадцать лет, проведенных вместе, были самыми счастливыми в ее жизни. В эти годы ее подписи на государственных документах практически отсутствуют.

Став графиней,   она вынуждена отдалиться от государственных дел, но  деятельная натура не позволяла ей оставаться в тени. Анна занимается благотворительностью,   руководит строительством собора Святого Винсента и монастыря в Санлисе,  возведение которых приближалось к концу.

Анна Ярославна овдовела во второй раз в 1074 году.  Не желая зависеть от детей  Рауля, она покинула замок Мондидье и вернулась в Париж к сыну-королю.  Тот окружил стареющую мать вниманием и любовью.   Последняя ее подпись датируется 1075 годом. К этому времени строительство монастыря   и  собора в Санлисе  закончилось. Там и уединилась королева от мирских дел, там же она  обрела вечный покой. 

© Фото: www.palomnik.od.ua
В Санлисе находится редчайшая статуя, созданная в XVIII веке. Это единственное сохранившееся до наших дней скульптурное изображение королевы Анны во весь рост. Слова, написанные на постаменте, как нельзя лучше говорят о ее месте в истории: Anne de Kiev — reine de France (Анна из Киева — королева Франции). В одной руке она держит скипетр как признак королевской власти, в другой – миниатюрный собор Святого Винсента, построенный ею. Два  символа  ее жизни: власть и милосердие. Анну Ярославну считают пробабкой тридцати монархов. Вступая на престол,  они присягали на верность Франции на том самом Евангелии, которое она привезла с собой из Киева.

ПОКЛОННЫЙ КРЕСТ В ЕКАТЕРИНБУРГЕ НА МЕСТЕ УБИЕНИЯ (дом Ипатьева) СВВ. ЦАРСТВЕННЫХ МУЧЕНИКОВ

\\\ Плита на месте  подвала дома Ипатьева, где были убиты Свв. Царственные Страстотерпцы Мемориал-памятник -скульртурная группа, по замыслу автора, изображающая Семью в момент мученической смерти (Государыня-мученица и Цесаревны -девы мученицы-  творят  крестное знамение; а также по напряженной патетике лиц и замысленных скульптором движений фигур) у храма мп, в целом достойный, где художником-скульптором допущена явная историческая ошибка, возможно для большей свободы передачи  творческого замысла и соответствия патетике скульптурной группы: Свв Царственные мученики замерли в напряженной молитве непосредственно перед принятием мученического венца-вершины их праведной и блаженной жизни. По свидетельствам убийц, опрошенных следователем Соколовым, Государь-мученик спустился в подвал Ипатьевского дома, держа на руках Наследника. Затем Государь поставил Цесаревича Алексия на пол; рядом с Государем встала Государыня-мученица.   Солдатик Цесаревича 

(no subject)


Святой мученик воин Илья -- генерал-адъютант Свиты Его Императорского Величества граф Илья Леонидович Татищев (1859-1918)




Присоединённое изображение




Мученик воин Илья -- сын генерала графа Л.А.Татищева. Он окончил Пажеский корпус. Служил в Лейб-Гвардии Гусарском полку. Был адъютантом Великого князя Владимира Александровича. В 1895 произведен в полковники. С 1905 — генерал-майор свиты Его Императорского Величества. В 1910 произведен в генерал-адъютанты. В 1910—1914 — личный представитель Николая II при Императоре Вильгельме II. Состоял до кончины членом Свято-Князь-Владимирского братства. В 1918 сопровождал Императорскую семью в Тобольск. Вместе с князем В.А.Долгоруковым расстрелян большевиками в Екатеринбурге 10 июля 1918. Его слова: "Я знаю, что не выйду из этого живым. Я молю только об одном -- чтобы меня не разлучали с Государем и дали мне умереть вместе с Ним". Канонизирован в 1981 году Русской Зарубежной Церковью под именем "Святой мученик воин Илья".